Начало: Святоотеческое наследие	Первая страница Святоотеческое наследие Разные тексты Свт. Филарет (Дроздов) OrthodoxyLib Православный интернет Евангельский синопсис Духовные стороны Добротолюбие избранное Пролог в поучениях День за днем Церковный календарь

По сл. пер. Ч. I. сл. 113.

Сердце мое болит; будьте сострадательны и вы, братия, рабы благословенные; приидите, выслушайте; болезнует душа моя; внутренности мои болят. Где взять слез, где взять сокрушения, чтоб омыть мне тело свое слезами и воздыханиями? Кто перенесет меня в необитаемое место, где бы не было шума, прерывающего слезы, и тревоги, препятствующей плачу? Там бы, возвысив голос, восплакал я пред Богом горькими слезами, и сказал с воздыханиями: исцели мя, Господи, и исцелею (Иер.17:14); потому что сверх меры болит сердце мое, и воздыхания его не позволяют мне и на минуту принять отдохновение!

Вижу, Владыка, что святых Своих, как избранное золото, берешь Ты из суетного мира в упокоение жизни. Как умный земледелец, когда видит плоды хорошо созревшими, с предусмотрительностью поспешает собрать их, чтоб не потерпели они повреждения от каких либо невыгодных для них ударов: так и Ты, Сам Спаситель, собираешь избранных, трудящихся праведно. А мы ленивые, слабые произволением, пребываем в ожесточении своем, и плод наш остается всегда незрелым; потому что нет у нас решимости, чтоб созрел он в добрых делах, и праведно собран был в житницу жизни. Для нашего плода нет слез, которые привели бы его в зрелость; нет сокрушения, чтоб процвел он от дыхания слез; нет смирения, которое бы приосенило его в великий зной; нет нестяжательности, чтоб не бременило его что либо сопротивное; нет любви Божией - этого крепкого корня, поддерживающего плод; нет беззаботности о земном, нет бдения, нет бодрственного ума, трезвящегося в молитве. Вместо сих прекрасных и благих добродетелей есть у нас противное им: есть страшный гнев и раздражительность, которыми избитый плод делается ни к чему негодным; есть многостяжательность, которая давит его вниз; есть великое уныние. Все сии невыгоды попустят ли ему созреть, как должно, чтоб годен он был своему Владыке, небесному Земледелателю?

"Увы, увы мне!" скажи, душа, и плачь, лишившись так скоро совершенных отцев и праведных подвижников. Где у нас отцы? Где святые? Где бодрственные? Где трезвенные? Где смиренные? Где кроткие? Где безмолвники? Где воздержники? Где благоговейные? Где нестяжательные? Где сокрушенные сердцем, благоугодные Богу, которые в чистой молитве стояли пред Богом, как Ангелы Божии, увлажили почти землю сладкими слезами и сокрушением? Где боголюбцы, исполненные любви Божией? Они не стяжали вовсе ничего тленного на земле, но, непрестанно вземля крест свой, последовали за Христом, надежно шествуя путем узким и тщательно остерегаясь, чтоб не пасть с стремнин в пустыне непроходной, безводной и потемненной, но прямым путем истины заповедей Божиих, исполненные всегда озарения повелений Христовых, проходили прекрасное житие, и пламенно служили Богу, добровольно терпя скорби в суетном мире. Посему Бог, премного возлюбив их, собрал их в пристань жизни и в вечную радость, чтоб там возвеселились, там насладились величайшею радостно с бессмертным Женихом в раю сладости, в чертоге небесном. Преселились они отсюда к святому Богу, имея светильники свои готовыми.

Теперь нет у нас их добродетели; нет у нас их подвижничества; нет теперь у нас их воздержания; нет теперь у нас их благоговения; нет теперь у нас их кротости; нет теперь у нас их нестяжательности; нет теперь у нас их бдительности; нет у нас любви к Богу; нет теперь у нас милосердия Христова; нет у нас в членах сострадательности. Но все мы свирепы, жестоки, ни мало не терпим друг друга. Язык у нас - стрелы разжженные, которыми ежечасно поражаем друг друга. Все мы домогаемся чести, все славолюбивы, все любостяжательны, все расслаблены, все сонливы, все не прямы, в пустословии сильны, на молитву ленивы; охотники до шуток и немощны для безмолвия, готовы роскошествовать, а в воздержании унылы; в любви холодны, в гневе горячи; на доброе ленивы, на злое прилежны. Поэтому кто не прольет слез, кто не восплачет о нашем состоянии, доведенном до полного расслабления?

Прежде нас жившие отцы, которые и Господу были благопотребны и себя спасли, не были так слабы. У них, совершенных, не было двух помыслов, но один был помысл, как бы только спастись. Они были прекрасным зерцалом для всех зрителей. Один из них мог умолить Бога за многих людей, а двое в состоянии были предстательствовать пред Богом в святых молитвах и праведно умилостивить человеколюбивого Бога даже за тысячи людей.

Увы, увы мне, душа! В какие живем мы времена! Увы мне, возлюбленные мои! В какую пучину зол зашли мы ныне! Не знаем мы этого, потому что хотим не знать. Поелику от великого ослепления и от рассеянности не трезвится духовное око наше; то не в состоянии мы поэтому уразуметь предстоящей скорби.

Вот преподобные и святые избираются ныне и вводятся в пристань жизни, чтоб не видеть им скорби и соблазнов, постигающих нас за грехи наши. Они избираются, а мы дремлем; они похищаются, а мы влачимся в суетном мире; они вступают в единое собрание, а мы спим; они с дерзновением отходят к Богу, а мы на земле предаемся рассеянности. Пришествие Господне уже при дверях, а мы колеблемся. Небесная труба готова возгласить по Божию повелению, и все восколебать ужасающим звуком, чтоб возбудить мертвых, и чтоб каждый принял достойное по делам своим; небесные Силы стоят готовыми в чинах своих, чтоб со страхом выступить пред Женихом, грядущим во славе на облаках небесных судить живых и мертвых; а мы не веруем.

Что же в оный час будет с нами, братия? Как будем там оправдываться пред Богом, в нерадении о спасении своем? Если теперь не постараемся и не будем, не стыдясь, плакать, принося прекрасное покаяние с душевным смирением и с великою кротостью; то как будет каждый проливать слезы в скорби? Тогда каждый из нас раскаиваясь скажет с горькими слезами: "Увы мне, грешному! что вдруг сталось? Как протекла исполненная слабостей жизнь моя? Совершенно не знаю, как похищено время у меня рассеянного? Где те покойные дни, которые провел я в рассеянности вместо того, чтоб каяться во вретище и пепле?" И никакой не получит он пользы от многих слов. А когда узрит святых, со славою воспаряющих во свете, на облаках воздушных, в сретение Христу, Царю славы, себя же увидит в великой скорби; тогда кто перенесет этот стыд и ужасный позор?

Будем трезвиться, братия, будем трезвиться, возлюбленные; будем трезвиться, боголюбцы, возлюбленные чада Бога Отца: войдем в себя самих, и соберем, хотя несколько, мысли свои, отвлекши от суетной жизни? Припадем к Богу со многими слезами. Будем без стыда прилежно умолять Его, чтоб избавил Он нас от неугасимого огня и от горького мучения. Не будем отлучаться от Него, сладчайшего Владыки, возлюбившего нас и за нас предавшего Себя на крест!

Всех вас прошу, всех умоляю я недостойный вместе и грешный: и обо мне расслабленном пролейте слезы в вашей молитве и в чистом молении, чтоб и мне придти в сокрушение и плакать с вами, чтоб просветилась несколько слепота сердца моего, и чтоб взыскать мне святого Бога Спасителя, да дарует Он мне совершенную готовность прилежно каяться, пока еще время принятию слез, и да спасусь с вами, братия, и я недостойный жизни. Прошу вас, возлюбленные, приимите моление грешного Ефрема, расслабленного брата вашего. И все постараемся соделать милостивым святого Бога, пока есть у нас время. Ибо вот, Господь стоит при дверях, чтобы совершить скончание суетного века.
Преподобный Ефрем Сирин
Слово 2-е. О скончавшихся отцах

По сл. пер. Ч. I. сл. 112.

В сей первый и знаменитый день, славно воспевая таинства Единородного Сына, песненно возопием в Церкви, этой невесте Христовой, провозвещая победные награды преподобных отцов и воспевая похвалы пустынножителям; и подвиги оставивших города и с любовью возжелавших жить в пустынях поведаем на пользу всем слушающим о них. И если кто отсутствует, да сопричислен будет к присутствующим, и да приобщится молитвам преподобных отцов, чтоб говорящему спастись молитвами слушателей.

Не разлучены с нами преподобные отцы; потому что с нами всегда любовь их. Не будем отлучать их от себя, как чуждых нам; потому что всегда молятся они о наших грехопадениях. Не презренны они, потому что прославлены; не последние из людей, потому что удостоены чести; а также не невежды, но для всех людей стали наставниками в добрых делах, сами же поучаются у своего Владыки. Скитаясь по горам, питаясь как звери, они совершенны, исполнены правды, потому что суть члены Церкви; не отлучают себя от стада, потому что суть чада святого крещения; не нарушают закона, соблюдают заповеди; не противятся закону, будучи горячи верою. Когда честные иереи предстанут святой трапезе совершать литургию; тогда первые они, простирая руки свои, приемлют верою тело Владыки, Который всегда есть, и всегда с ними. Как голуби, парят они по высоте, и скинии свои водрузили на кресте. Как овцы, скитаются они в местах пустынных, а как скоро слышат глас Пастыря, тотчас познают благого Владыку. Это - купцы, пошедшие искать прекрасную жемчужину. Это - искусные подвижники благочестия.

Приклоните ко мне слух, и внимайте теперь; я поведаю вам житие отцов пустынножителей. Соберите мысли свои в среду пустыни, и там увидим чудо и славу. Пойдем не медля, начертаем добрые и дивные образцы их жития. Любовь их сильно нудит меня идти и брать из их сокровищ; жизнь их тайно внушает мне страх приступить к ним; но в их воле, чтоб приступил я к ним на минуту. Когда преклонят они колена на молитву, тогда и меня хилого могут сделать крепким. Когда прострут руки, воздевая к небу; тогда исправится слово мое, и буду воспевать верно. Когда творят они молитву; тогда и моя мысль свободна и услаждается их кротостью, равно как язык мой - житием их. И если один из них за грехопадения мои источит одно облако слез; то немедленно будет услышан. Самому Христу уподобились святые сии, и от Него приобрели себе домы в пустыне. Ибо Христос никогда не отвращает благих сокровищ от приходящих в девятый или десятый час; но как благий Владыка, дает первую плату и тому делателю, который с одиннадцатого часа потрудился в винограднике. И здесь сокровище тотчас отверзается, и богатство раздается всякому, кто желает приступить, чтоб облечься в славу, какую имеют всегда облеченные ею, и также заимствовать для себя прекрасные и славные образцы, и соделаться подражателями их жития. Если также потщится кто пойти и облещись в ризу, какую имеют они, то обогащается богатством их. И если кто у них остается, тотчас начинает одарять просящих по их прошениям, как и они одаряют всех просящих, и всех снабжают тем, что сами имеют.

Приступим же и возьмем у них прекрасное даяние - молитву и вместе услаждение. Возьмем любовь их, которая славнее драгоценного камня и славного смарагда; а вместо жемчугов возьмем их веру. Ты, достославная сила, с какою они скитаются по горам и холмам, по вертепам и пропастям, сообщи и мне силу; укрепи язык мой, чтоб достаточно пересказать житие их, и не умалить вовсе светлого их подвига!

Итак, воодушевившись, отбросим от себя оружие сатаны, сколько можно, очистив сердца свои, и сделав себе голубиные крылья, полетим посмотреть на первоначальные правила людей, которые оставили города и городскую молву, и возлюбили горы и пустыни. Отправимся взглянуть на их жилища, на то, как заключены они в них, подобно мертвецам в гробах. Отправимся взглянуть на то наслаждение, каким наслаждаются они всегда среди гор. Отправимся взглянуть на возненавидевших мир, и лучше сказать, на возлюбивших жить в пустыне. Пойдем взглянуть на их тела, как облечены они своими же волосами. Пойдем взглянуть на вретища их, нося которые в радости славят они Бога. Пойдем взглянуть на их лица, как своею пасмурностью просветляют душу. Пойдем видеть с ними в великом веселии поющих и песнословящих Ангелов. Пойдем взглянуть на их чаши, растворенные их же слезами. Пойдем взглянуть на их трапезы, наполненные всегда дикими былиями. Приидите, посмотрим на камни, которые кладут они всегда себе под голову. Пойдем взять святых власов, чтоб и нам иметь благоволение Владыки.

Если увидит их разбойник, то припадет тотчас и поклонится; потому что всегда вооружены они крестом. Если дикие животные видят их вретища, мгновенно отступают, имея пред глазами великое чудо. Всякое пресмыкающееся попирают они ногами своими; потому что обувены верою правды. А когда видит их сатана, тотчас приходит в трепет, и болезненно вопия, отступает мгновенно; потому что, преследуя их, перервал он тысячи сетей, и никак не мог нанести вреда праведникам. Они не были слабы, как мы неразумные, но все мужественно сражались с врагом, пока в конец не сокрушили сатану под ногами своими; в ничто обращали они все умыслы его; и не приходили в робость от всех ухищрений его. Покажет ли им богатство; вменяют оное в ничто, и уничижив его, попирают, как камни, потому что имеют богатство на небесах вместе с Ангелами. Голод не беспокоит их; потому что всегда вкушают хлеб жизни - Христа, сходящего с святых небес. Подобно и жажда не жжет их; потому что в душе своей, равно как и на языке, всегда имеют живой источник - Христа. Лукавый сатана не может смутить ни одного их помысла; потому что камень положили они в основание.

В вертепах, а также в дебрях, живут они, как в спокойных ложницах. А горы и холмы, которые вокруг их, так же им приятны, как и высокие стены. Трапезою служит им вся земля и всякая гора; а подобно и вечерю составляют дикие былия. Преимущественное их питие - вода из ручьев; а подобно и вино их течет из каменных расселин. Храмом служит им собственный их язык, которым всегда совершают молитвы свои. Все двенадцать часов, которые во дни, идут у них на молитву Владыке их. Славословие, воспеваемое в горах и вертепах, есть благоприятная жертва, приносимая ими Богу. Они сами для себя иереи, и врачуют наши болезни своими молитвами; потому что всегда они - наши молитвенники. Не мудрствуют они высоко, не домогаются первоседания. Их слава - смиренномудрие; они - подражатели Христу, обнищавшему ради нас бедных. Не дают они себе покоя в мире; потому что ждут упокоения там.

Сделаемся подобными сим обитателям гор, а равно и причастниками их жития! Подобно зверям скитаются они со зверями, и также, как птицы, летают по горам; как елени, пасутся с дикими животными; и трапеза им всегда готова; потому что питаются всегда злаком и былиями. Как светильники носятся они по горам, и просвещают светом своим всех, с великою любовью приближающихся к ним.

Твердая ограда - отцы в пустыне; потому что умиряют самое место, на котором живут. Где встретишь одного из отцов, там пребывает в мире вся окрестность вокруг его. Как голуби увиваются они на холмах, а так же как орлы на высоких горах и в вертепах. Для царя может быть тесен дворец; а для них просторны и расселины земные. Нося власяницу, преподобные отцы восхищаются ею более, нежели носящий багряницу. Багряницу бросают; а вретище, за терпение святых отцов, остается в уважении; потому что они возгнушались гордынею, и весьма любят великое смирение. Они возненавидели всякую славу суетного мира; и вот прославляются всеми людьми за смирение и великую кротость. Цари не имеют такого покоя, какое упокоение приобрели себе отцы в пустыне; потому что их радование - Христос. Как звери, питаются они в пустыне былиями; потому что ждут себе приятного рая. Когда изнемогут, скитаясь по горам; тогда, как бы роскошествуя, возлежат на земле. А заснув, с заботливостью пробуждаются; и как трубы, воспевают вожделенного Христа.

С ними всегда чины ангельские; они ограждают и охраняют их непрестанно. С ними всегда Владычняя благодать и не попускает, чтоб укрылся от них враг. Когда преклоняют колена; тогда образуют перед собой болото, и производят ручьи слезами своими. Когда же запечатлеют свое песнопение; сам Господь востает служить рабам Своим. Как скоро наступает утро; подъяв тотчас крыла свои, парят по всей вселенной; потому что не видно для них местопребывания святых отцов; оно в Едеме. Где зайдет солнце, там для них - ночлег; а где застигает ночь, там творят себе обитель.

О надгробных памятниках не заботятся они; потому что мертвы, из любви ко Христу распявшись миру. Где кто-либо из них окончил пост, там, на этом самом месте, и надгробный ему памятник. Многие из них преклонили колена для молитвы, и тихо упокоились пред Владыкою. Другие же, подобным образом опершись о камень, предали души своему Владыке. Иной умер, просто ходя по горе, и место сие стало для него гробом и совершителем его погребения; иной же, укрепившись благодатью своего Владыки, сам себя опрятал и предал погребению. Иной, питаясь злаком Владычним и воздремав, испустил дух на своей трапезе. Иной опять стоял на славословии, и похищен у него глас его дыхания. Иной стоял на горе, поя и молебствуя, и пришла смерть, и запечатлела его молитву.

Ожидают они гласа, который возбудит их, и процветают, как цветы, дышащие благоуханием. Когда повелено будет земле извести мертвецов; тотчас изникнут они, цветя как лилии. И тогда Владыка, за многий труд, какой понесли они из любви ко Христу, навсегда дарует им вечную жизнь; вместо власяниц их даст покрывало из славной ткани; а вместо рубищ, в которых злострадали, - славную брачную ризу; вместо былий и скудной воды, Христос будет их и пищею и питием: и вместо расселин земных, в которых жили, Христос введет их в великий рай; и поелику возжелали они быть скорбными в мире, то доставит им высокую радость. Но невозможно изобразить словом великого веселия, в какое внидут все святые, которые, добровольно поскорбев в сем мире, противостав нечистым страстям и победив врага, соблюли заповеди всевышнего Бога. За сие ублажают святых Ангелы и говорят им: "Блаженны вы, которые, из любви ко Христу, своим благоразумием и многим терпением прекрасно управили ладью свою, надежно исправив на суше заповедями благого Владыки Христа; а потому взошли в тихую пристань, прияв вожделенного вами Христа! Теперь и мы радуемся с вами, блаженные; потому что избегли вы сетей врага и пришли к увенчавшему вас Христу, и наследуете царство Его, немолчно славя Святую Троицу, Которой подобает всякая слава, честь и поклонение во веки". Аминь.

Святой Ефрем Сирин. Творения. Т.1. Репринтное издание. - М.: Издательский отдел Московского Патриархата, 1993 // Творения иже во святых Отца нашего Ефрема Сирина. - Сергиев Посад. Типография Св.-Тр. Сергиевой Лавры, 1907, сс. 220-230.